Зять Дональда Трампа Джаред Кушнер в интервью американской газете рассказал, что он внук выживших в гетто евреев-литваков из Новогрудка. Предки Джареда род участвовали на территории Беларуссии во Второй мировой войне, а затем эмигрировали в США. В настоящее время отец Джареда Чарльз периодически бывает в Новогрудке — привозит внуков накануне совершеннолетия в белорусский город, чтобы на месте рассказать историю семьи, пишет белорусское издание sputnik.by.

Кушнеры до войны были довольно обеспеченной семьей, жили в самом центре Новогрудка — на Рыночной площади. Имели свой каменный дом и отдельно — магазин в Пассаже напротив.

Глава семейства Зейдель Кушнер занимался производством меховых изделий, шил шубы и шапки, за что получил прозвище Шляпник. В семье было трое детей, сын Хоня, или Хонен, и две дочери — Лея и Рая, будущая бабушка Джареда, зятя Трампа.

В то время в Новогрудке, как в большинстве белорусских местечек, евреи составляли более половины населения. Учительствовали, лечили, ремесленничали. У местного мэра-поляка заместителем обычно тоже был еврей.

“В гетто Кушнеры оказались так же, как и все. Пришли, как было велено, 7 декабря 1941 года. Накануне на улицах был развешан приказ. К тому же, еврейская полиция и юденрат (орган еврейского самоуправления, создаваемый нацистами на оккупированных территориях — Sputnik) обошли все семьи и строго наказали быть в указанное время в суде, а на следующее утро здесь началась селекция”, — рассказала Sputnik бывший директор и создатель экспозиции Музея еврейского сопротивления в Новогрудке Тамара Вершицкая. В результате этой селекции из шести тысяч новогрудских евреев к вечеру в живых осталось и потом оказалось в гетто только полторы тысячи.

Кушнеры прошли селекцию. Оказались сначала в открытом гетто на Пересеке, потом — в числе 500 счастливчиков, которых летом 1942 года перевели в закрытый трудовой лагерь. Тех, кто не попал в этот лагерь, в течение следующего полугода расстреляли.

“Я не знаю ничего о характере Зейделя. Но знаю, что, благодаря своему положению до войны, он пытался создать для семьи максимально лучшие условия в гетто. К примеру, когда из первого гетто евреев водили на работы в город — а работы были тяжелые, — он откупал младшего сына, чтобы Хоня не ходил на эти работы”, — рассказала Вершицкая.

Впрочем, как минимум про один рабочий эпизод с участием Хони все-таки известно. По словам Вершицкой, когда другим евреям надоело наблюдать, как соплеменника “отмазывают” от работ, они напрямую подошли к молодому Кушнеру. Тому стало неудобно, и при первой же возможности он сам вызвался идти в город. Правда, в итоге едва не погиб.

Хоня и еще несколько евреев должны были отогреть замерзшие трубы в доме высокопоставленного офицера. В какой-то момент офицер, очевидно, решил сэкономить дрова — расстрелял своих работников, а трупы бросил в костер. Хоня оказался ранен, сумел отползти от огня и, благо была ночь, спрятаться. Наутро его нашли соплеменники и отвезли в лагерь. В Новогрудском гетто, помимо мелких убийств, рутинных облав и погромов, было 4 массовых расстрела. Последний случился 7 мая 1943 года уже в трудовом лагере.

Накануне составили список из 250 человек — это около половины всех узников. Утром им приказали идти за дополнительной буханкой хлеба, а остальных тем временем выгнали во двор. В этой толпе оказались жена Зейделя Хинда и сын Хоня.

“Хинда через забор стала звать Зейделя и дочерей присоединиться и умереть вместе. У религиозных евреев случалась такая реакция — казалось бы, обреченности. Но это не потому, что страшно или все равно. А потому, что они воспринимали все это как божье наказание за недостойное поведение. Но Хоня в это время перепрыгнул через забор и спрятался”, — рассказала Вершицкая.

Те, кто остался в живых, видели, как убивали их близких. Сначала был шок, а потом они разозлились, объясняет нетипично протестную реакцию на погром создатель экспозиции Новогрудского музея. “Обычной реакцией на погром или расстрел была депрессия или упадок сил. А здесь они разозлились. Сначала хотели бросить в здание полиции пару гранат, которые у них были, и бежать. Но несколько человек сразу возразили, что не смогут бежать по состоянию здоровья. И тогда кто-то предложил строить туннель. И вот эту идею приняли все, хотя в нее никто не верил”, — заметила Вершицкая.

Побег из Новогрудского гетто считается самым массовым и успешным спасением евреев на оккупированных территориях, напомнила Вершицкая.

“Самый известный в Европе туннель на окраине Парижа строили для 60 человек, которые были в элите. Но они не смогли убежать. Потому что всегда найдется тот, кто все раскроет. А здесь было решено — бежать должны все!” — заметила создатель экспозиции Музея еврейского сопротивления. Туннель длиной в 200 метров копали 4 месяца. Точнее, даже не копали — проскребали ложками, вилками и железяками. “Когда мы нашли здесь саперную немецкую лопатку, я думала, что лопаткой копали. Но человек, который строил туннель, объяснил, что лопаткой невозможно было копать, потому что глина. Лопатками нагружали в мешки землю, которую вытаскивали из туннеля. А мешки шили из одежды, которая оставалась от расстрелянных. Мешочки складывали на чердак. Землю же надо было где-то прятать”, — рассказала Вершицкая. Чтобы дышать под землей, плотники просверлили в грунте отверстия наружу. Чтобы зафиксировать их, сантехники вогнали в эти отверстия водопроводные трубы. А чтобы понимать направление, в котором копают, в эти трубы просовывали помеченные краской палочки и смотрели с чердака.

Тщательность работы в тех условиях поражает: электрики провели под землю свет, запитались от полицейского прожектора. А перед побегом организовали несколько тестовых отключений уличного освещения, чтобы посмотреть, как быстро немцы среагируют и смогут ликвидировать аварию. Ночью 26 сентября 1943 года — один за другим — узники гетто спустились в туннель. “Люди уже все были в туннеле, когда в это помещение пришли полицаи. Увидели вход в туннель, поняли, что все ушли, и начали стрелять. Утром устроили облаву. Надо сказать, что побег был организован очень четко. Но куда идти дальше, понимали не все. Многие уснули, добежав до леса. В итоге спаслись только две трети”, — рассказала Вершицкая. Среди погибших оказался и Хоня Кушнер. А Зейдель с дочерями оказались в партизанах. 152 человека, убежавшие через туннель из Новогрудского гетто, пришли в отряд Бельских.

Партизаны Еврейские партизаны — это особая история, подчеркнула Вершицкая. Борьба с врагом, если говорить про отряд Бельских, не была для них главной целью.

Все другие партизаны действовали исключительно из одного посыла — сражаться с врагом. Отряд Бельских имел цель — спасение евреев. Изначально они вообще не планировали никакого сопротивления, ушли в лес, чтобы выжить. Но в какой-то момент поняли, что выживать можно было, только если ты представляешь собой силу и если тебя бояться. Тогда они стали отправлять посыльных в гетто, призывать евреев уходить в лес. Тувия (Командир отряда —Sputnik) говорил им: “Я не обещаю, что вы сможете выжить, но если вы умрете, вы умрете, как люди”, — объяснила Вершицкая.

“Боевая группа в отряде была — 150 человек, хотя общая численность отряда порой достигала более 1200 человек. Бойцы Бельских совместно с другими отрядами участвовали и в рельсовой войне, и телеграфные столбы пилили, и врагов отстреливали. “Борьба с врагом не была главной целью. Потому что если Бельские проводили какую-то операцию, в ответ страдало местное население. Вы же знаете, что все сожженные деревни в Беларуси — это ответ на действия партизан. Кроме того, в ответ они получали облавы в лесу, нападения на свою базу. И не всегда могли себя защитить. Надо было бросать базу и уходить глубже в лес”, — объяснила краевед.

В отряде Рая Кушнер познакомилась со своим будущим мужем Йозефом Берковичем, который пришел в отряд Бельских в 1944. Перед эмиграцией в США Беркович взял фамилию Кушнер.

“В последний приезд Чарльза (Чарльз Кушнер — сын Раи и Йозефа, американский миллиардер) я узнала от него, почему Беркович стал Кушнером. По его версии, чтобы легче было всем вместе оформить документы в США… Но я думаю, хотя Чарльз этого не сказал, здесь все-таки сыграл роль статус. Кушнеры были состоятельными людьми, а Беркович — из бедной семьи”, — предположила Вершицкая. Стена памяти Чарльз Кушнер — отец Джареда и сват Дональда Трампа — периодически приезжает в Новогрудок. Первый раз был здесь еще в советские времена, в 1989 году, когда никакого музея еще не было. Потом приезжал уже в нулевые, потом еще и еще раз. Сейчас периодически привозит внуков — показать комнатушку и нары, которые их предки делили с другими узниками Новогрудского гетто, узенький туннель и ложку, которой скребли глину. И лес, где погиб Хоня, в честь которого его назвали, ведь второе имя Чарльза — Хонен. Самое удивительное, что до начала 90-х, когда в Новогрудок после распада СССР стали приезжать бывшие узники, краеведы ничего не знали об истории гетто. Местные, кто видел трагедию, о ней молчали — возможно, из-за чувства вины, полагает Вершицкая. Они видели смерть соседей и ничего не могли сделать. В начале 90-х Вершицкая собирала экспозицию краеведческого музея, когда к ней обратились от имени британского миллионера Джека Кагана. Каган был одним из узников гетто.

“Джек Каган приехал в 1991 году, но не смог попасть в музей. Тогда он через знакомых в Москве задал вопрос: а что есть в музее о евреях? Я спросила: “О каких евреях?” — рассказала бывшая директор.

Экспозицию Музея еврейского сопротивления делали по рассказам Кагана и других узников и отчасти за их деньги. Помогали и Кушнеры. И продолжают помогать. Чарльз, к примеру, готов профинансировать создание Стены памяти — мемориала у выхода из туннеля с именами погибших при побеге. Там будет имя и его дяди. Проект уже готов. “Среди бывших узников оказалось много успешных людей. Они все стали кем-то. Джек Каган миллионер, Лейбович миллионер, Кушнеры миллиардеры. Я думаю, этому есть объяснение: раз они смогли выжить здесь, представляете, на что они были способны в мирное время”, — заметила Вершицкая.

По инициативе председателя деревенской общины сянюнии Шяшуоляй Станисловаса Будрайтиса 27 января было организовано мероприятие, посвященное Международному Дню памяти жертв Холокоста. В зале административного здания состоялось открытие фотовыставки “Наши соседи евреи”, а также представлена экспозиция книг  “Евреи Литвы”.

С приветственным словом к собравшимся обратилась староста Сенюнии Шяшуоляй Йоланта Лукшене. С докладами выступили историк Станисловас Будрайтис (“Вклад еврейской культуры в историю Литвы”), руководитель музея гимназии Жялвы Зита Кряучюнене (“Еврейская жизнь в Жялве”), директор краеведческого музея Молетай Виктория Казлене (“Воспоминания о евреях Молетского края”), редактор альманаха “Эскизы” Витаутас Чеснайтис (“Евреи Укмерге на страницах альманаха”). Член еврейской общины Укмергского района Анита Албужене поделилась своими воспоминаниями о страшных событиях тех лет.

На месте бывшей синагоги были зажжены свечи. Участники памятного мероприятия также посетили места массового расстрела.

В памятных мероприятиях приняли участие члены еврейской общины Укмергского района, а также выходцы из Шяшуоляй – семья Гутман.

27 января (Международный день памяти жертв Холокоста) в Германии официально отмечается как День памяти жертв национал-социализма.

Шилале – небольшой городок на Западе Литвы. До Второй мировой войны большая часть жителей городка были евреи. Каменная синагога в Шилале была построена в 1910 – 1914 г.г. (угол нынешних улиц Кудирки и Майронё). Сейчас в здании синагоги находится магазин “Сянукай”, а на месте бывшего еврейского кладбища и массового расстрела евреев – пастбище…

Член Еврейской общины (литваков) Литвы Рувинас Зелигманас – единственный из 1,5 тысячи евреев Шилале, которому удалось выжить. Ему было всего 10 лет, когда началась Вторая мировая война.

На фото: Р. Зелигманас зажигает свечу в Вильнюсской Хоральной синагоге в память о 6-ти миллионах евреев, погибших во время Холокоста

Отчий дом Рувинаса сгорел во время большого пожара в 1939 г. Тогда сгорели почти все деревянные дома на нашей улице, – вспоминает Рувинас…

– Каким Вы помните Шилале?

– В то время в Шилале 60 процентов жителей составляли евреи. Мой отец был религиозным человеком. Он был не только кантором и моэлем (человек, совершающий обрезание), но и меламедом (религиозный учитель) и резником. Отец закончил знаменитую иешиву Тельз (Тельшяйская иешива). Был очень уважаемым человеком. Поскольку он разбирался в медицине, оказывал помощь заболевшим местным жителям. В семье нас было четверо. Мама занималась домом и детьми. Жили мы в достатке. У каждого из нас был золотой шаббатний бокал, на Шаббат и все праздники мама ставила серебрянный подсвечник.

– Какие отношения были у вашей семьи с соседями?

– У нас были очень хорошие отношения с соседями. Когда сгорел наш дом, соседи-литовцы сдали нам половину дома (3 комнаты). В еврейской общине Шилале были богатые и бедные семьи. Несмотря на то, что городок был маленький, в нем было около 10-ти еврейских магзинов: обувной, тканей, две мясных лавки, бакалейная лавка, в которой всегда можно было взять продукты в долг. Помню, во время Шаббата еврейские лавочники не могли брать деньги, поэтому покупателям говорили так: “Клади деньги и бери все, что надо”. Евреи в нашем городке говорили только на идиш. Были, конечно, такие, кто не знал литовского языка, но мы – дети, дружили и играли с литовцами, поэтому говорили по-литовски. Помню, закончив 4 класса, сдавал вместе с ребятами литовцами экзамен, писали диктант. Учился я хорошо. Ходил в еврейскую религиозную школу при синагоге. В одном здании были все четыре класса. В то роковое лето я ждал каникул, хотел отдохнуть, а потом хотел продолжить учебу в пятом классе уже в литовской школе…Сестра моя училась в гимназии.

26 января в Вильнюсской Хоральной синагоге Еврейская община (литваков) Литвы почтила память шести миллионов евреев, погибших в годы Второй мировой войны. В мероприятии, посвященном Международному Дню памяти жертв Холокоста, приняли участие члены ЕОЛ, представители парламента и правительства Литвы, зарубежные дипломаты, члены Литовского Союза скаутов. Поминальную молитву El Malei Rachaim исполнил раввин из Великобритании Сэмюэл де Бек Спитцер. Шесть свечей в память о 6-ти миллионах погибших евреев зажгли пережившие Холокост члены ЕОЛ и их потомки.

В Еврейской общине (литваков) Литвы состоялась встреча-дискуссия с известным американским историком, проф. Энтони Полонским. Его книга “История евреев Литвы, Польши и России” была переведена на литовский язык. Под таким названием и прошла встреча в ЕОЛ, модератором дискуссии был директор Идиш Института при Вильнюсском университете, проф. Шарунас Лекис.

По мнению проф. Э. Полонского, одним из важнейших социальных процессов в истории еврейского народа в XX веке является массовый исход обитателей местечек Восточной Европы в Америку и Израиль. Считалось, что для успешной интеграции в новой стране иммигрантам необходимо поскорее забыть все, что связано с прежней родиной. Холокост же окончательно испортил «репутацию» Восточной Европы, превратив этот регион в массовом еврейском сознании в место смерти, а не в место жизни. Однако в последние несколько десятилетий среди евреев стран Запада и израильтян заметна и другая тенденция: появляется интерес к своим восточноевропейским корням.

Ежегодно 27 января отмечается Международный день памяти жертв Холокоста (International Holocaust Remembrance Day). Резолюция об этом была принята Генеральной Ассамблей Организации Объединенных Наций (ГА ООН) 1 ноября 2005 года.

Дата памятного дня выбрана не случайно; именно в этот день 27 января 1945 года Советская армия освободила крупнейший нацистский лагерь смерти Освенцим-Биркенау (Польша), в котором погибло, по разным оценкам, от 2 до 4 миллионов человек. Точное количество погибших в Освенциме так и не удалось установить, поскольку многие документы были уничтожены, а сами немцы не вели учет жертв, направляемых в газовые камеры сразу по прибытии. Как свидетельствуют документы Нюрнбергского трибунала, погибло 2,8 миллиона человек, 90% из которых были евреи.

Международный день памяти жертв Холокоста отмечается 27 января. Эта дата была выбрана потому, что именно в этот день в 1945 году Советская армия освободила крупнейший нацистский лагерь смерти Освенцим-Биркенау (Польша). За время существования этого концлагеря в нем погибло, по разным оценкам, от 2,2 до почти 4 млн человек.

Памятное мероприятие в Паневежисе состоится 26 января на еврейском кладбище у мемориала “Скорбящая еврейская мать” (ул. Васарё, 16).

Программа:

14.00. Траурный митинг у памятника

14.45. Возложение цветов к памятнику “Ворота Гетто” (ул. Клайпедос – Крекенавос)

15.00. Форум, посвященный Международному дню памяти жертв Холокоста. Показ документального фильма о Катастрофе. В здании Паневежской еврейской общины (ул. Рамигалос, 18).

Спонсоры мероприятия:

Рина Жак (Израиль)

После похорон Шимона Переса британский принц Чарльз тайно посетил русскую православную церковь Марии Магдалины на Масличной горе, где похоронена его бабушка, принцесса Алиса фон Баттенберг.

Лондон не признает Восточный Иерусалим частью Израиля, и частный визит принца чуть было не вызвал дипломатический скандал. Так многие израильтяне (и я в том числе) впервые узнали, что бабушка принца Чарльза похоронена в Иерусалиме.

Узнав о проведении очередной дискуссии: “Нужно ли переименовать аллею, носящую имя Казиса Шкирпы?” (она состоится во вторник, 29 ноября, в 18.00, в Камерном зале Вильнюсской Ратуши. Информация об этом опубликована на странице Вильнюсского самоуправления в Интернете), Еврейская община (литваков) Литвы удивлена, почему в этой встрече-дискуссии не принимают участие директор Государственного еврейского музея им. Виленского Гаона, председатель президентской комиссии и другие руководители еврейских организаций? Они бы охотно согласились поучаствовать в этой встрече. Любая организация, в названии которой есть слово “Еврей” или “литвак”, даже если она финансируется государством и в ней нет евреев, обязана участвовать в дискуссии и высказать свое мнение относительно К. Шкирпы. Почему бы не пригласить историков, занимающихся исследованием жутчайшего для евреев Литвы периода? В конце концов, признано, что Холокост – это не только еврейская трагедия, это – трагедия всей Литвы. Трудно смириться с доказанными фактами, что в уничтожении евреев в Литве принимало участие большее число литовцев, нежели нацистов; их вдохновляли и такие герои, как Казис Шкирпа. Литовские евреи, живущие не только в Литве, но и в других странах мира, ждут ясной позиции нынешних политиков и руководителей по данному вопросу.

На фото: Казис Шкирпа (на втором плане в центре) и Адольф Гитлер. Апрель 1939 г. 

Биографическая справка:

Казис Шкирпа – литовский офицер и дипломат, начальник Генерального штаба, полковник. Во время Первой мировой войны был мобилизован в русскую армию и попытался сформировать литовские отряды в Петрограде. После объявления Литвы о своей независимости в 1918 году, он вернулся и добровольно вступил в отряды борьбы за независимость. В 1940 г. — посол Литвы в Германии, основатель Литовского фронта активистов. В планах Литовского фронта активистов было решение еврейского вопроса. Практические инструкции «Указаний» по организации подпольной и боевой деятельности носили антисемитский характер. Задачей готовившегося ЛФА восстания объявлялось «освобождение от советского коммунистического террора и еврейской эксплуатации». И потому, особо подчеркивалось в документе, «для идейного созревания литовского народа необходимо усилить антикоммунистические и антиеврейские акции», а с приходом немецких войск «важно по случаю избавиться и от евреев». В широко распространявшихся подпольем ЛФА листовках литовцев призывали убивать евреев.

Еврейская община (литваков) Литвы обратилась в столичное самоуправление с требованием о снятии со здания библиотеки Литовской академии наук в Вильнюсе мемориальной доски Йонасу Норейке – Генералу Ветра. Герой Литовской Республики обвиняется в причастности к геноциду местных евреев.

“Увековечивание памяти о человеке, который сыграл одну из важнейших ролей в Холокосте литовских евреев – это даже в голове не укладывается” — говорится в обращении ЕОЛ.

Еврейская община Литвы опирается на уголовный кодекс ЛР, который запрещает публичное издевательство над историческими, культурными и религиозными ценностями граждан.

Увековечивание памяти Йонаса Норейки однозначно воспринимается общиной как издевательство над еврейским народом.

Йонас Норейка – участник антисоветского подполья, командир Национального совета и вооружённых сил Литвы,  известный, как Генерал Ветра. Кавалер Орден Креста Витиса первой степени (посмертно). Согласно выводам Центр исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы, Йонас Норейка,  не принимал участие в массовых убийствах литовских евреев во время Второй мировой войны, а занимался лишь их изоляцией.

В конце этого года должна появиться книга об исполнителях Холокоста в Литве, в ней можно будет найти фамилии 40 человек и показания их близких, сказала директор Центра исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы Бируте Бураускайте.

Все материалы, включая свидетельства близких участников Холокоста, собрал обозреватель Аркадий Винокур, рецензию написали сама Бураускайте, директор департамента исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы Арунас Бубнис и еще несколько экспертов, сообщает БНС.

Ранее сообщалось, что в книге будут названы конкретные исполнители Холокосте, но это не будет конкретный список лиц, убивавших евреев, как настаивала Еврейская община Литвы.

Центра исследования геноцида и сопротивления жителей Литвы по просьбе прошлого правительства подготовил и передал список из 200 человек, которые “на разных уровнях” участвовали в Холокосте. Часть фамилий из этого списка упоминается и в этом издании.

Председатель Еврейской общины (литваков) Литвы Фаина Куклянски получила письмо от руководителя Всемирной Еврейской Организации по реституции:

“Уважаемая Фаина,

Хотим Вам сообщить об очень важных и положительных изменениях в наших планах по реализации решений Европейского парламента относительно возвращения похищенного еврейского имущества.

Президент Европейского парламента Мартин Шульц и представители британского парламента поддержали деятельность Всемирной организации по реституции еврейской собственности в отношении возвращения имущества, похищенного у евреев во время Холокоста и Второй мировой войны.