Лагерь Берген-Бельзен претерпел за годы существования значительные изменения. В 1940 году лагерь открыли в качестве места заключения военнопленных, за несколько лет в стенах лагеря Берген-Бельзен погибли десятки тысяч советских солдат, а также тысячи евреев, цыган, гомосексуалистов и политических заключенных. В 1943 году в лагере была выделена специальная зона, здесь в суровых условиях содержались заключенные-евреи из разных стран Европы, была среди них и Анна Франк. В 1944 году лагерь получил статус “восстановительного”, это означало, что в Берген-Бельзен пересылали из других лагерей бесчисленное количество больных или неспособных к тяжелой работе заключенных. В апреле 1945 года Берген-Бельзен был, наконец, освобожден британскими войсками. Выжившие заключенные находились на последней стадии измождения, за несколько следующих месяцев более 10 000 из них умерли. Союзники сожгли старые лагерные бараки, чтобы предотвратить эпидемию сыпного тифа, а поблизости был построен крупнейший на территории послевоенной  Германии лагерь для для перемещенных лиц (DP). Многие беженцы, особенно представители восточноевропейского еврейства, вынуждены были оставаться на территории Берген-Бельзена на протяжении нескольких лет. Они не могли вернуться к прежней жизни на родине и нуждались в поддержке, которая позволила бы им покинуть лагерь.

Сотрудники научно-исследовательского отдела иерусалимского мемориала Холокоста «Яд Вашем», изучая дневник узницы одного из нацистских трудовых лагерей, обнаружили в нем измененный текст Пасхальной Агады. 

Регина Хонигман, заключенная трудового лагеря Габерсдорф, располагавшегося в чешских Судетах, создала в своем дневнике собственную версию Агады, описывающую реалии лагерной жизни. Специалисты «Яд Вашема» уже приступили к розыскам упомянутых в документе женщин. «Авадим хайину, — пишет Хонигман, — когда-то мы были рабами в Египте, а теперь снова стали ими в Габерсдорфе. Мы всегда пользовались милостью Всевышнего, позволившего нам перейти через Красное море. В Габерсдорфе мы тоже дождемся дня освобождения».

Праздник Песах, символизирующий для всего еврейского народа свободу, для узниц Габерсдорфа имел особо значение. «В конце концов долгожданный момент освобождения придет, — пишет Регина в дневнике. — Сейчас будет отбой, и наши глаза слипаются от усталости. Но мы, мечтающие о свободе, не можем заснуть. Крик вырывается из наших заключенных в тюрьму сердец, а вздохи тонут в слезах. Свобода, верим мы, придет. Мы не утратим мужества, потому что в душе мы борцы. Мы добьемся лучшего будущего для себя в Эрец-Исраэль». В лагерную Агаду включен и измененный вариант знаменитого пасхального напева «Ма ништана» («Чем отличается эта ночь от всех других ночей?»): «Тем, что мы, евреи, претерпев страдания, становимся сильнее. Каждая ночь очень длинна и темна, но мы верим, что тьму сменит рассвет. Но придет ли день, когда мы не будем есть горькие травы и когда наши дети смогут вернуться к нормальной жизни?»

Регина Хонигман родилась в 1918 году в городе Заверце на юге Польши. После нацистской оккупации страны она попала сначала в гетто, а оттуда — в рабочий лагерь Габерсдорф, где работала ткачихой. В конце войны она была переведена в концлагерь Берген-Бельзен и дождалась там освобождения. Войну пережил также брат Регины, а родители и сестры погибли в Освенциме. В Берген-Бельзене Регина познакомилась с заключенным по имени Элиас Люстигман. В 1947 году они поженились и эмигрировали в Австралию. Регина скончалась в 1992 году, а ее муж — в 2005-м. После смерти родителей их дочь передала дневник матери в «Яд Вашем».

В дневнике приводятся имена примерно 40 женщин, находившихся в лагере вместе с Региной, и, как полагают специалисты, переживших войну.

«Изучение дневника позволило нам познакомиться с уникальной личностью его автора. Надеемся, что теперь мы сможем больше узнать о том, как сложились после войны судьбы лагерных подруг Регины Хонигман, о которых она упоминает в своем дневнике», — отметил в интервью Ynet глава «Яд Вашема» Авнер Шалев.

Материал подготовил Роберт Берг (jewish.ru)

МНЕНИЕ

Милан Херсонский

В январе прошлого, 2014-го года из печати вышла новая книга стихов литовского поэта, публициста, члена Международной  ассоциации «Литва без  нацизма»  Александраса Босаса под названием «IŠ  TEN SUGRĮŽTANTIEMS. Apie ŠOA RIMTAI IR SU IRONIJA» («ТЕМ, КТО ВОЗВРАЩАЕТСЯ ОТТУДА. О ШОА СЕРЬЁЗНО И С ИРОНИЕЙ» Далее «Тем, кто возвращается оттуда» – М.Х.).  А.Босас  стал первым в истории литовской литературы поэтом, который не только обратился к самой болезненной и негласно табуированной теме в истории Литвы – к теме Шоа, – но и посвятил ей не одно и не несколько стихотворений, а всю третью, к сожалению, последнюю книгу. В ней поэт не шопотом и не намёками, а «во весь голос» открыто и откровенно заявил о своём отношении к трагедии Шоа и так называемого «окончательного решения еврейского вопроса».

Только прощая своих злейших врагов, мы обретаем подлинную свободу, уверена бывшая узница Освенцима Ева Мозес-Кор.

Спустя 70 лет после Катастрофы она стала названой бабушкой Райнера Хёсса, внука коменданта концлагеря Рудольфа Хёсса. 

В 1944 году десятилетние Ева Мозес-Кор и ее сестра-близнец Мириам из Румынии оказались в Освенциме, где стали жертвами бесчеловечных экспериментов доктора Йозефа Менгеле, главного врача концлагеря, прозванного заключенными Ангелом смерти. Менгеле испытывал особый интерес к однояйцевым близнецам: он мог заразить одного из близнецов тифом или другой тяжелой инфекционной болезнью, а затем — в целях эксперимента — перелить его кровь другому близнецу. За время своей деятельности в Освенциме он подверг подобным опытам около 1,5 тысяч пар близнецов, из которых выжили не более 200 пар.

На фотографии выдающийся литовский оперный певец Кипрас Петраускас (23.11.1885 – 17.01.1968). Великий Шаляпин называл его в свое время “восходящей звездой”. Кипрас Петраускас – обладатель множества литовских и советских наград (Народный артист СССР (1950), Лауреат Сталинской премии третьей степени (1951) и др.). И лишь одна награда (звание Праведника народов мира) – израильская – никак не связана с достижениями Петраускаса в области музыки. В годы Холокоста семья Петраускаса спасла девочку, родившуюся в Каунасском гетто. Сузи-Дана Померанц – дочь известного в Литве скрипача Даниэля Померанца и его жены Ривы, она унаследовала талант своего отца, училась у Давида Ойстраха и стала выдающейся скрипачкой, профессором Бостонской консерватории.

В своей гражданской жизни Антон Шмид был далек от политики, никогда не входил ни в какие партии. Верующий христианин, порядочный и смелый человек, он в 1938 г. помог эмигрировать нескольким знакомым евреям. Когда началась война, Шмид был призван в армию, но по возрасту (он родился 9 января 1900 года) не был отправлен на передовую, а служил в тыловых частях, сначала в Польше, а с лета 1941-г. – в Литве.

30 октября на кладбище деревни Парудаминас Вильнюсского района был освящен новый памятник Праведнице Мира Полине Тарасевич. Полина Тарасевич родилась в 1905 году, а в 1943 г. была убита.

23 сентября на заседании Cейма Литвы, посвященном 70-ой годовщине ликвидации Каунасского и Шяуляйского гетто, своей историей спасения поделился председатель Республиканского союза узников гетто и концлагерей Тобияс Яфетас – один из немногих детей литовских евреев, переживших войну.

Каунасское гетто — одно из еврейских гетто, созданных нацистами в период Второй мировой войны на территории Литвы.

По приказу немецких военных комендантов, опубликованному в июле 1941 года, для евреев создавались специальные районы проживания — гетто. 1 августа 1941 года временное правительство Литвы утвердило «Положение о евреях», которое в свою очередь дополнительно юридически закрепило обязанность евреев проживать только в гетто.