10 ноября в Каунасе была похоронена Праведница народов мира Ядвига Амбразюнене-Вишчюте (1933 г.). Она и члены ее семьи была награждены Крестом за спасение погибающих в 2011 г.

Еврейская община (литваков) Литвы выражает глубокие и искренние соболезнования семье и близким Ядвиги Амбразюнене-Вишчюте.

На фото: Я. Амбразюнене-Вишчюте и президент Литвы Д. Грибаускайте во время церемонии награждения Крестом за спасение погибающих 2011 г.

Небольшое хозяйство Домаса Вишчюса и его супруги Марийоны в деревне Антупичяй Расейняйского района было по соседству с усадьбой Аронаса Смоленскиса. Соседи хорошо ладили между собой, Аронас никогда не отказывал в помощи Домасу. За оказываемую поддержку семья Вишчюсов расплачивалась работой в усадьбе Аронаса.

Когда нацисты оккупировали Литву, жизнь евреев превратилась в кошмар. В первые дни войны на велосипедах приехали «белоповязочники» (пособники нацистов), оставили велосипеды у Вишчюсов, а сами поспешили в усадьбу Аронаса, безжалостно избив его.

В тот же вечер полуживой Аронас с трудом добрался к Вишчюсам и остался у них до конца войны.  Семья Вишчюсов была свидетелями того, как однажды в усадьбу Аронаса привезли всех евреев местечка Бетигала, а на рассвете они были расстреляны на берегу реки.

Прятать Аронаса было чрезвычайно опасно, потому что соседи знали о его «исчезновении», подозревая, что в этом ему помогла семья Вишчюсов.

В хозяйстве Вишчюсов существовало сразу несколько схронов (были вырыты бункер в сарае, туннели в амбаре под сеном и под полом комнаты), чтобы в случае опасности Аронас мог убежать.  

Когда семья Вишчюсов узнавала об обысках в городке и деревне, Аронас прятался в полях ржи или кустах. Все же семье Вишчюсов не удалось избежать обыска и угроз, но они смогли выжить и спасти Аронаса Смоленскиса.  Отец Аронаса – Израэлис и брат Янкелис были расстреляны в Лидувенай, сестру Ребекку убили у Арёгалы в 1941 г.

После окончания войны Аронас Смоленскис женился на младшей дочке Вишчюсов – Янине. У них родились две дочери и два сына. Аронас Смоленскис умер в 1980 г, похоронен в Вилькии.

https://www.lrt.lt/ru/novosti/17/1266893/pod-iarkimi-simvolami-samuel-bak-skryvaet-travmu-kholokosta

«Его произведения таят глубокий смысл. Красочные и иллюстративные картины привлекают нас с первого взгляда, они словно из книги сказок. Мы видим ангела, райский плод, однако когда подходишь и видишь всю историю вблизи, тогда расшифровываешь смыслы символов и понимаешь, что Самюэль Бак говорит об ужасных вещах: о войне, разрушениях, о потерянном Вильнюсе», – говорит Радио LRT руководитель Центра толерантности Музея еврейской истории им. Гаона Виленского Иева Шадзявичене.

LRT продолжает проект «Камни памяти», цель которого – вспомнить выдающихся литваков, то есть евреев, которые родились, жили в Литве или были разбросаны отсюда по всему миру. Двадцать третий рассказ посвящается одному из самых известных еврейских художников Самюэлю Баку.

Один из самых известных художников – выходцев из Литвы – родился в Вильнюсе в 1933 году, в том же году, когда к власти пришел Адольф Гитлер. «Для мальчика 1933 года рождения шансы на выживание были практически нулевыми», – говорит И. Шадзявичене, руководитель Центра толерантности Музея еврейской истории им. Гаона Виленского.

Самюэль Бак говорит об ужасных вещах: о войне, разрушениях, о потерянном Вильнюсе.

У талантливого мальчика, с детства любившего рисовать, к сожалению, не было условий для совершенствования навыков. Началась война. Талант С. Бака обнаружился еще в Виленском гетто, куда он попал вместе со своими родителями, бабушкой и дедушкой, – говорит И. Шадзявичене.

Ieva Šadzevičienė / Asmeninio archyvo nuotr.

В 9-летнем возрасте от известных идишских писателей он получил старую еврейскую рукопись. «На чистых страницах рукописи он делал иллюстрации, наброски, эскизы – учился рисовать», – говорит музейный сотрудник.

«С. Бак был еще ребенком, когда принял участие в выставке, организованной в Виленском гетто», – говорит руководитель музейного Центра толерантности.

Он пытается подвести людей к этим сложным темам, чтобы передать языком символов ту травму, которую он испытал во время Холокоста, когда погибла вся его семья.

Из гетто удалось спастись только Самюэлю и его матери. Вся семья была уничтожена. После войны они оба уехали в Израиль, а затем – во Францию ​​и Швейцарию. Молодой С. Бак изучал искусство в нескольких художественных академиях.

Samuelis Bakas, „Peizažas su statiniais“, 1974 / Pranešimo autorių nuotr.

В настоящее время 87-летний С. Бак живет в Бостоне, штат Массачусетс, США, и продолжает интенсивно творить.

Однако даже сегодня в картинах С. Бака преобладают воспоминания о войне. С полмощью аллегорий и символов художник рассказывает о трагическом опыте войны.

Samuelis Bakas, „Galbūt“ / Pranešimo autorių nuotr.

«Его произведения таят глубокий смысл. Красочные и иллюстративные картины привлекают нас с первого взгляда, они словно из книги сказок. Мы видим ангела, райский плод, однако когда подходишь и видишь всю историю вблизи, тогда расшифровываешь смыслы символов и понимаешь, что Самюэль Бак говорит об ужасных вещах: о войне, о разрушениях, о потерянном Вильнюсе.

Он считал, что даже после личной катастрофы необходимо снова встать, идти вперед и воссоздавать свой мир заново.

Он пытается подвести людей к этим сложным темам, чтобы передать языком символов ту травму, которую он испытал во время Холокоста, когда погибла вся его семья», – говорит руководитель музейного Центра толерантности о творчестве талантливого художника.

И все же С. Бак надеется, и эта надежда выражена в его произведениях, – говорит И. Шадзявичене. По ее словам, эти произведения пронизаны верой в то, что сломанный мир можно заново восстановить из осколков.

«Он считал, что даже после личной катастрофы необходимо снова встать, идти вперед и воссоздавать свой мир заново», – говорит руководитель Центра толерантности Музея еврейской истории им. Гаона Виленского И. Шадзявичене.

Samuelis Bakas / BNS nuotr.

28 октября Каунасская еврейская община почтила память жертв Большой акции. По словам председателя КЕО Герцаса Жакаса, памятное мероприятие состоялось на территории бывшего Каунасского гетто – на площади Демократов (Демократу). 79 лет назад на этом месте стояли евреи Каунаса в ожидании своей участи…Только за один день 28 октября 1941 года в IX форту было расстреляно 10 тысяч человек, 4273 из них – дети.

Каунасское гетто было ликвидировано и сожжено в первой половине июля 1944 года. При ликвидации гетто 2 тыс. его узников погибло, а 6 тыс. были вывезены в Германию. Из 37 тыс. евреев, проживающих до войны в Каунасе, выжить удалось лишь трем тысячам.

В бывшем еврейском гетто Вильнюса поставили памятник еврейскому водоносу, навеянный мотивами поэмы еврейского поэта Мойше Кульбака.

Скульптура изображает водоноса с коромыслом, на котором висят два ведра. Автором скульптуры является Ромуальдас Квинтас – создатель памятников Ромену Гари, предпринимателю Хаиму Френкелю, врачу Цемаху Шабаду – вильнюсскому прототипу доктора Айболита и другим известным евреям Литвы. Скульптор скончался два года назад, «Водонос» был одной из его последних работ.

Основой для скульптуры стал образ из поэмы Моше Кульбака «Вильнюс», написанной в 1920-х годах:

«Все твои стены – пергаменты,

Каждый камень – Писание,

Разложенные и раскрытые по ночам,

Когда на старой синагоге оцепеневший водонос

Стоит и, задрав бороду, считает звезды»

(перевод с идиш Виталия Асовского).

«Водонос» стал еще одним еврейским памятником, открытым в год 300-летия Виленского Гаона и истории евреев в Литве с начала октября. Также в последние дни был открыт памятный знак в Кретинге на месте бывшей синагоги, а в Каунесе установили памятник японскому дипломату Чиюне Сугихаре, Праведнику народов мира, спасшему жизни тысяч евреев.

Историк, социолог, доктор гуманитарных наук Израилис Лямпертас родился в Мажейкяй, в октябре 1925 г. Во время Второй мировой войны был в эвакуации в СССР. Некоторое время учился в Московском педагогическом институте. В 1944 – 1945 г. служил в 16-ой Литовской дивизии. В 1951 г. окончил физико-математический факультет Вильнюсского университета. В 1950 – 1990 г. г. преподавал в Вильнюсском университете.

После восстановления независимости Литвы занимался исследованием еврейской культуры и истории Литвы, преподавал в Идиш Институте, был членом правления Еврейской общины Литвы. Научные статьи И. Лямпертаса были опубликованы в изданиях Литвы, Израиля, США и др. странах.

Важнейшие работы, написанные ученым – Фашистский режим в Литвы (1975), Наше Вильно (2003), Литваки (2005 и на английском языке). Был составителем издания Lietuvos žydų švietimas ir kultūra iki Katastrofos – Просвещение и культура евреев Литвы до Катастрофы (1991), Виленский Гаон и пути еврейской культуры – Vilniaus Gaonas ir žydų kultūros keliai (1999, на английском языке 1998).

Сегодня в Литве постепенно начинают понимать, что евреи – важнейшая часть истории Литвы. И. Лямпертас старался представить литовцам и миру уникальный и богатейший мир литваков. Заслуга ученого – через личность Гаона и YIVO Институт представление Литовского Иерусалима.

Израилис Лямпертас был эталоном интеллигентности: образованный, скромный, с грустными глазами и с удивительным чувством юмора, привлекал всех своими энциклопедическими знаниями и умением выслушать мнение другого. Он ушел от нас в 2012 г., но все, кто знал и общался с ним, вспоминают добрым словом, цитирует его слова.

В 1999 г. И. Лямпертас организовал кружок любителей идиша, занимался филологическими изысканиями. Одна из известных его статей того времени была посвящена кафедре идиша, которая была учреждена в Вильнюсском университете в 1940 г., которая была закрыта в годы Второй мировой войны. Архивы научных работ И. Лямпертаса неисчерпаемы.

www.obzor.lt

Юлиус Блюменталь – журналист, редактор, пионер газетного издания в Ковне, общественный деятель и меценат первой половины ХХ века.

Он родился в Ковне 12 января 1868 г., здесь окончил гимназию. Сначала учился в Московском университете, потом перевёлся в Юрьев, где и получил диплом юридического факультета. Затем некоторое время успешно занимался журналистикой в Москве (среди его знакомых был премьер-министр Российской империи П. А. Столыпин), но возвратился в Ковну и поступил в адвокатуру.

В конце 1905 г. основал первую в Ковенской губернии ежедневную независимую прогрессивную газету на русском языке «Ковенский Телеграф», на страницах которой защищал права меньшинств в Российской империи, особенно евреев и литовцев, широко представлял на страницах газеты хронику литовской жизни. Впоследствии переименовал её в «Северо-Западный Телеграф» – это была ежедневная иллюстрированная политическая, общественная и литературная газета. Одновременно издавал ежедневную общественно-политическую и литературную газету «Понедельник» (1907–1908 гг.)

Номер за 30 декабря 1911 г.

Ю. Блюменталь поддерживал формировавшийся блок литовцев и евреев для выборов в Государственную думу. Был членом Ковенского городского совета.

Когда началась Первая мировая война, его выслали из Ковны, он поселился в Москве. С августа по октябрь 1914 г. издавал ежедневную газету «Московское слово». Когда в городе начал действовать Комитет помощи литовцам-беженцам, стал там членом правления и юрисконсультом, приложил немало усилий, чтобы литовцы возвратились в Литву.

После распада Российской империи вернулся в родной город, стал издавать литературно-политическую ежедневную газету «Эхо» („Aidas“), которая выходила с 26 октября 1920 г. по 5 июля 1940 г.

Первый номер газеты «Эхо» и её редакционная статья.

В 1934–1939 гг. Ю. Блюменталь был редактором и издателем выходившей в Каунасе газеты «Литовский вестник» („Lietuviškas žinynas“).

Ю. Блюменталь активно участвовал в деятельности ряда благотворительных организаций, выпустил на русском и литовском языках книгу Г. Рутенберга «Предвестник литовского возрождения Симан Даукант».

Благодаря Ю. Блюменталю в Каунасе телефон появился на несколько лет раньше, чем это могло произойти.

Когда в 1904 г. начинающий редактор начал выпускать «Ковенский Телеграф», безусловно, ему стал необходим телефон. Он пришёл к начальнику почты с просьбой провести его в редакцию. Ему объяснили, что такой вещи как телефон в Ковно нет. Но он может оборудовать в городе телефонную станцию для местных разговоров, если наберётся 10 абонентов. Ю. Блюменталь был уверен, что дело за этим не станет. Но он сумел найти только четверых. Тогда он обратился к владельцам банков, но согласия у них не получил – ведь они прекрасно обходятся и без телефонов. И в городе, где было 70000 жителей, не нашлось 10 абонентов! Но не было счастья, да несчастье помогло. У директора одного из банков случился сердечный приступ. Ждать врача ему пришлось более часа. Выздоровев, банкир пришёл к выводу, что телефон таки вещь полезная. Он уговорил все банки ввести телефон. Благодаря его усилиям в городе стало теперь 9 абонентов. Но где взять десятого? Решили обратиться к пивовару Гольдбергу в Прены. Его удалось уговорить, чтобы он за свой счёт установил телеграфные столбы до Ковно (около 30 км). Так появился 10 абонент.

Супруга Юлиуса Марковича являлась деятельной сотрудницей во всех его издательских и редакционных делах.

В конце 1935 г. исполнилось 30 лет деятельности Ю. Блюменталя на редакторском поприще.

В газете «Литовский вестник» этой дате была посвящена статья Бориса Оречкина «Ю. М. Блюменталь – журналист и общественный деятель».

И коллеги из газет «Ди идише штиме» [на идише: идишский голос], „Lietuvos žinios“ [летувос жинёс, лит. яз.: вести Литвы] „Lietuvos aidas“ [летувос айдас, лит. яз.: эхо Литвы], „Apžvalga“ [апжвалга, лит. яз.: обзор] рассказали читателям о вкладе Ю. Блюменталя в становление прессы в Литве (На этом пути случалось и такое: в 1927 г. за публикацию интервью с министром охраны края «Эхо» оштрафовали на 1000 Lt).

12 января 1938 г. Ю. Блюменталю исполнилось 70 лет. Чествование юбиляра прошло в дружеской и сердечной атмосфере – в кругу сотрудников, друзей, рабочих типографии. Во всех приветственных речах его характеризовали как бескорыстного, неутомимого деятеля печатного слова, целиком посвятившего себя газетной работе. Были отмечены и выдающиеся личные качества юбиляра. В его честь прозвучали такие стихотворные строки фельетониста Лери:

«Блажен, кто смолоду был молод»

Так Пушкин некогда твердил,

Но тот, кто в жизни алчный голод

И в 70 не утолил,

Кто, став маститым юбиляром,

Пылает юношеским жаром,

Стремясь неудержимо вдаль,

Как юбиляр наш Блюменталь,

Кто для конечного успеха

Легко препятствия берёт,

Свою газету издаёт

И в ней улавливает «Эхо»

Дней нашей жизни каждый час

И, юный сохранив экстаз,

Совместно с Гавриилом Ланом

Кипит в гореньи неустанном,

Тот, право, в этот светлый час

Счастливей каждого из нас!

И потому в словах привета

«Бойцу с седою головой»,

Души такой же молодой

Желаю я на многи лета!..»

Растроганный юбиляр тепло благодарил участников импровизированного торжества.

На юбилей откликнулись «Ди идише штиме», литовские газеты, рижская газета «Сегодня»:

В 1938 г. по случаю 20-летия Независимости Литвы Ю. Блюменталь был награждён

орденом Гядиминаса IV степени.

Вскоре после инкорпорация Литвы в СССР были закрыты литовские, еврейские, русская и польская газеты.

«Эхо» перестала выходить с 6-го июля 1940 г.

Последнюю информацию о Ю. Блюментале можно найти в журнале „Žurnalistas“ [журналистас, лит. яз.: журналист] 2012 г.: «20 июля 1940 г. его приглашали на собрание Союза журналистов Литвы».

Как сложилась его дальнейшая судьба, мне установить не удалось.

Участники первой профессиональной встречи журналистов Литвы, 1930 г., Ю. Блюменталь – четвёртый справа.

Объявление 28 февраля 1926 г.

На страницах коллег:

נייס [найс, на идише: новость], 1921, 23 августа, № 4.

Lietuvos žinios, 30 декабря 1924 г.:

«О подписке на «Эхо» на 1925 г. Если её оформить на весь год, то читатель на выбор бесплатно получит А. Чехова (14 Т.), И. Тургенева (10 т.), Л. Толстого (11 т.)».

Aitvaras [айтварас, лит. яз.:воздушный змей], 1927 г., № 1.

Реклама в журнале „Aitvaras“ уведомляла, что выходящую в Литве седьмой год газету «Эхо» широко читают занимающиеся торговлей, поэтому она самая удобная для размещения объявлений.

Aitvaras, 1927, №5:

«Лучшая газета в Литве на русском языке» [с какими же русскими газетами в Литве этот сатирический журнал сравнивал «Эхо»? Она ведь единственная выходила на русском языке].

Подготовила Полина ПАЙЛИС

https://www.obzor.lt/news/n64814.html

По материалам Интернет-сайтов

Поэт, партизан, один из самых известных собирателей еврейских песен периода Холокоста, Шмерке (Шмарьяху) Качергинский родился 28 октября 1908 г. в Вильно, родителей звали Вольф и Альта. В шесть лет он остался сиротой и воспитывался в семье деда. В подростковом возрасте Шмерке стал учеником печатника-литографа, это способствовало его растущему увлечению литературой.

В 1922 году Вильно был аннексирован новой Польской Республикой, и коммунист Качергинский стал жертвой полицейских преследований, арестов и тюремного заключения (сидел в виленской тюрьме Лукишки). В середине 20-х годов увидела свет первая политическая песня Качергинского “Отцы, матери, дети” (ид. трансл. Tates, mames, kinderlekh), известная также под названием “Баррикады” (ид. трансл. Barikadn). Запоминающаяся бунтарская песня распространялась анонимно по территории Польши и среди говорящих на идиш евреев в разных странах.

В 1929 году Качергинский стал участником еврейской литературной группы «Юнг Вильно» – “Молодое Вильно”, членами которой также были писатели Хаим Граде и Авраам Суцкевер. Качергинский был одним из ее лидеров, редактором, публиковал свои рассказы и репортажи в одноименных сборниках (1934–36). Песни на стихи поэта «Киндерлех боен барикадн» («Дети строят баррикады») и «Бай нахт из гефалн а шней» («Ночью выпал снег») были популярны в Польше.

В 1939 году, после того как Германия оккупировала территорию Польши, по условиям германо-советского пакта о ненападении Вильно (Вильнюс) стал столицей Литвы. Менее чем через два года Германия выступила против своего бывшего союзника: немецкие войска в погоне за полным уничтожением европейского еврейства вторглись на территорию Балтийских государств. Как и на других захваченных восточных территориях, в Вильно нацисты не уничтожали евреев сразу, их переселяли в гетто и отправляли в трудовые лагеря.

Чтобы избежать облавы, Качергинский выдавал себя за глухонемого, но в начале 1942 года он был арестован и отправлен гетто. Здесь Качергинский использовал свои организаторские и поэтические таланты для сопротивления нацистам: он спасал от уничтожения еврейские книги и рукописи, воодушевлял узников и вел подрывную антифашистскую деятельность.

Качергинский был ключевой фигурой культурной жизни гетто: организовывал театрализованные представления, литературные вечера и образовательные программы. В это время он создал многочисленные поэтические произведения, песни на слова Качергинского Весна (ид. трансл. Friling) и Тише, тише (ид. трансл. Shtiler, shtiler) были популярны у узников гетто, также как и Гимн Молодежи (ид. трансл. Yugnt himn), который он создал для юношеского клуба гетто.

Размышляя о создании и распространении музыки в такой аномальной обстановке, Качергинский позднее писал: В обычное время каждая песня, вероятно, проходит длинную дорогу к популярности. Но в гетто мы наблюдали чудесный феномен: авторские песни превращалась в народное достояние на наших глазах.

Попав в гетто, Качергинский стал активным участником подпольного движения сопротивления. Назначенный нацистами сортировать и отбирать редкие еврейские книги, документы и разного рода реликвии, Качергинский противостоял варварским грабежам. Вместе с Суцвекером и некоторыми другими, он входил в так называемую “Бумажную бригаду”, задача которой состояла в подготовке культурных ценностей к дальнейшей транспортировке из Вильно. Члены бригады с риском для жизни прятали рукописные памятники еврейской культуры и перевозили их контрабандой из “арийской части” Вильно на территорию гетто.

Примерно в это же время Качергинский присоединяется к Объединенной партизанской организации или ФПО (ид. трансл. Fareynikte Partizaner Organizatsye или FPO), к корпусу подпольных бойцов гетто. В эти тревожные дни Качергинский продолжает поэтическое творчество, полагая, что этим он поможет своим товарищам справиться с тяжелой неопределенной ситуацией.

Качергинский рассчитывал, что когда-нибудь эти песни о еврейских героях и мучениках, о повседневной жизни и смерти во время нацистской оккупации послужат историческими свидетельствами о событиях, в которых он принимал участие.

После неудачного восстания в сентябре 1943 года, в ходе которого командир ФПО был схвачен и убит (это событие описано в балладе “Ицхак Виттенберг”), Качергинский вместе с другими участниками подполья выбрался из гетто.

До окончания войны он воевал в лесах на границе между Литвой и Белоруссией, сначала в отряде ФПО, а потом в советском партизанском отряде. Как летописец отряда, он начал записывать рассказы и песни своих товарищей по оружию.

После освобождения Вильнюса от нацистов вернулся в город. Вскоре приступил к работе по поиску и спасению еврейских книг, произведений искусства и других культурных ценностей. С 1944 года был первым директором Государственного еврейского музея Литовской ССР (Еврейский музей в Вильнюсе), расформированного в 1949 году.

После войны Качергинский, разочарованный отношением советской власти к возрождению еврейской культуры, в начале 1946 г. уехал в Польшу. Работал в Лодзи в Центральной еврейской исторической комиссии. Став сионистом, вступил в партию Поалей Цион и был редактором ее еженедельника «Ундзер ворт» (Варшава). Выпустил сборник «Ундзер гезанг» («Наша песнь», Варшава, 1946). После погрома в Кельце покинул Польшу, поселился в Париже (1946).

Он путешествует по оккупированной Германии, выступает с лекциями в лагерях для перемещенных лиц и продолжает собирать песенные материалы. Песни самого Качергинского этого периода (“Гешен” (ид. трансл. Geshen), “Пионеры” (ид. трансл. Khalutsim) и “Спасение придет скоро” (ид. трансл. Zol shoyn kumen di geule) рассказывают о плачевном положении еврейских беженцев и надежде на возрождение еврейской культурной и духовной жизни.

После войны Качергинский прикладывает усилия, чтобы опубликовать спасенные и собранные песни. В 1947 году он подготовил материалы для раздела, посвященного партизанским песням и песням гетто, своей антологии “Наша песня“ (ид. трансл. Undzer gezang), первого еврейского послевоенного песенника, изданного в Польше. В этом же году собрание еврейских песен и стихов “Песни Виленского гетто” (ид. трансл. Dos gezang fun vilner geto) было опубликовано в Париже.

Самая известная книга Качергинского, знаковая антология “Песни гетто и концентрационных лагерей“ (ид. трансл. Lider fun di getos un lagern) появилась в Нью-Йорке в 1948 году. Эта книга, составленная из 233 песен и стихов на 435 страницах, до сих пор остается отправной точкой для любого исследования в области еврейского фольклора и популярной музыки периода Холокоста.

В Лодзи Качергинский повторно женился (его первая жена погибла в Виленском гетто) и после 1946 года осел вместе с семьей в Париже. В 1950 году он решает обосноваться в Буэнос-Айресе. Здесь он работает, не покладая рук: публикуется в газетах, читает лекции о жизни в гетто, о партизанской войне и ситуации в Советском Союзе, он неутомимо выступает как представитель еврейской культуры.

Популярный оратор, он часто выступает в США, Канаде и Латинской Америке. В апреле 1954 года, возвращаясь после очередного цикла лекций, Качергинский погибает в авиакатастрофе у подножия Аргентинских Анд. Ему было 45 лет. Он оставил значительное литературное наследие: хронику Вильно времен нацистской оккупации “Уничтожение Вильно” (ид. трансл. Khurbn vilne), 1947 г.; полемическую книгу о еврейский репрессиях в СССР “Между Серпом и Молотом“ (ид. трансл. Tvishn hamer un serp), 1949 г.; и воспоминания “Партизаны, вперед!” (ид. трансл. Partizaner geyen!), 1947 г., и “Я был партизаном” (ид. трансл. Ikh bin geven a partizan), 1952 г. Антологией “Песни гетто и концентрационных лагерей” Качергинский выполнил свое обещание сохранить и увековечить творческое наследие людей, пострадавших от геноцида. Эта работа Качергинского продолжает оказывать влияние на ученых и исполнителей.

К Холокосту – к страшнейшей трагедии человечества ХХ века, часто обращаются знаменитые кино- и театральные режиссеры, выдающиеся писатели и поэты современности. В своих произведениях они возвращают нас в прошлое, напоминая о чудовищных злодеяниях нацистов, о преступлениях против человечества, предостерегают от повторения Катастрофы в будущем.

На фото: Рут Рехес

19 октября в «Белом зале» Еврейской общины (литваков) Литвы состоялась презентация книги директора Вильнюсской гимназии ОРТ им. Шолом-Алейхема Рут Рехес “Holokaustą patyrusių asmenų tapatumo išgyvenimas” – «Холокост. Личная история переживших». В основу монографии легли интервью с пережившими Холокост и диссертация, которую автор защитила в университете им. М. Рёмира.

Исследования ученых доказывают, что Холокост отразился не только на тех, кто его пережил, и на их детях: межпоколенческая передача травмы настолько сильна, что ее влияние можно увидеть и в третьем поколении. Именно об этом, исходя из своего опыта, говорила на презентации Рут Рехес – внучка бывших узников гетто.

«Очень важно понять чувства, мысли переживших Холокост. С течением времени у нас останется лишь возможность интерпретировать их эмоциональное наследие. Я часто думала о том, как война изменила жизнь моих бабушки и дедушки? Какими бы они стали, если бы не война? Какой была бы я? Даже через 70 лет после войны пережившие Холокост продолжают жить в прошлом. Эта трагедия повлияла на их эмоциональное, социальное и духовное развитие», – сказала Р. Рехес.

По мнению автора, книга “Holokaustą patyrusių asmenų tapatumo išgyvenimas” будет интересна не только историкам, но и широкому кругу читателей.

В презентации монографии также приняли участие и своими впечатлениями поделились литературовед Рима Касперёните, профессор университета им. М. Рёмира, психолог Айсте Диржите, доцент Вильнюсского университета, историк Ауримас Швядас, издатель, председатель ассоциации „Slinktys“ Юозас Житкаускас. Вел дискуссию философ Альгирдас Давидавичюс.

Отрывки из книги зачитали учащиеся Вильнюсской гимназии ОРТ им. Шолом-Алейхема. Импровизацию на еврейские мелодии исполнил композитор, пианист Виталий Неугасимов. Мероприятие вызвало большой интерес у общественности.

На фото: историк А. Швядас и философ А. Давидавичюс

На фото: дизайнер Виктория Сидерайте-Алон, председатель ЕОЛ Фаина Куклянски и журналист, политический обозреватель Витаутас Бруверис.

На фото: председатель Cовета Национальных общин, член правления ЕОЛ Даумантас-Лявас Тодесас и председатель ЕОЛ Ф. Куклянски

На фото: член ЕОЛ, руководитель “Лектория” Гершонас Тайцас (справа)

Еврейская история Литвы берет свое начало с раннего средневековья. Евреи стали селиться в Акмяне и Виекшняй еще во второй половине XVII в. Из еврейской общины Акмянского края вышли выдающиеся деятели науки и культуры.

В Акмяне, Кликоляй, Папиле, Вегеряй действовали синагоги, начальные школы. Еврейские общины активно развивали бизнес, в Акмяне и Папиле были открыты еврейские народные банки. К сожалению, Еврейская община Литвы почти полностью была уничтожена в годы Холокоста.

После Второй мировой войны в Акмянском районе ни синагоги, ни здания школ не сохранились. Разрушенное еврейское кладбище Папиле увековечено мемориальным камнем. Сохранившиеся еврейские кладбища Виекшняй, Акмяне, Кликоляй и Вегеряй все еще посещают потомки тех, кто здесь похоронен.

В июне 1941 г. начался геноцид евреев Литвы. В период с июня по ноябрь было уничтожено 80 процентов литовских евреев. Летом 1941 г. евреев Акмянского района согнали в синагоги Акмяне, в которых было создано гетто для женщин и детей. Позже их вывезли в Мажейкяй и расстреляли.

18 октября 2020 г. в Акмяне была почтена память жертв Холокоста. По инициативе Дианы и Мариюса Лопайтисов, а также директора Акмянского исторического музея Арунаса Остраускаса на месте бывшей синагоги на городской площади был открыт мемориальный знак, увековечивающий память разрушенных синагог Акмяне.

Памятный знак создал скульптор Антанас Адомайтис. Под развивающимися флагами Литвы и Израиля состоялась церемония чтения имен узников Акмянского гетто, расстрелянных в Мажейкяй. По данным израильского центра Яд Вашем, это были 78 жителей Акмяне, Вегеряй, Кликоляй.

Памятная церемония продолжилась на старом еврейском кладбище Мажейкяй. Здесь еще раз была почтена память евреев этого края, расстрелянных в 1941 г.

В мероприятиях приняли участие председатель Еврейской общины (литваков) Литвы Фаина Куклянски, представители еврейской общины Шяуляйского края, общественность Акмяне, молодежь Акмянского района, а также члены Мажейкяйского отряда стрелков «Габия».

Послесловие:

Надеемся, что мэры Акмяне и Мажейкяй, а также их заместители живы и здоровы. Местные учащиеся, стрелки, скульптор Антанас Адомайтис, чета Лопайтисов, представители Фонда Доброй воли и еврейской общины так и не дождались их: на памятные церемонии руководители городов не явились. К тому же старое еврейское кладбище Мажейкяй в ужасающем состоянии.

В год Виленского Гаона и истории евреев Литвы в Кретинге на месте бывшей синагоги был открыт памятный знак, подаренный благотворительным фондом им. Я. Бунки.

В Центре культуры Кретингского района представлена передвижная выставка „Lietuva. Lita. Lite. Vienas amžius iš septynių“ – «Литва. Лита. Литэ. Один век из семи».

Авторы экспозиции – эссеист, сценарист, общественный деятель Пранас Моркус и дизайнеры студии JUDVI Виктория Сидерайте – Алон и Юрате Юозенене. «Литва. Лита. Литэ. Один век из семи» — это новый взгляд на историю литваков, их вклад в развитие государства и судьбу. Экспозиция уже побывала в многих странах мира, а сейчас продолжает свой путь по городам Литвы.

В мероприятиях приняли участие председатель Еврейской общины (литваков) Литвы Фаина Куклянски и глава Клайпедской еврейской общины Феликсас Пуземскис.

После открытия выставки участники церемонии были приглашены на дегустацию блюд еврейской кухни.

Выставка «Один век из семи. Литва. Лита. Литэ» будет открыта в Центре культуры Кретинского района в течение трех недель.

В Дарбенай (Кретингский район) была организована конференция «Известная, но незнакомая жизнь», посвященная 300-летию со дня рождения Виленского Гаона и году истории евреев Литвы. С докладом выступила председатель сообщества этого городка, д-р Юрате Лаучюте. На форуме была представлена еврейская история этого штетла (городка), рассказано о выдающихся литваках, которые жили в Дарбенай.

В конференции, которую финансировал GVF – Фонд Доброй воли, приняли участие председатель Еврейской общины (литваков) Литвы Фаина Куклянски, председатель еврейской общины Клайпеды Феликсас Пуземскис, молодежь и учащиеся Дарбенай.

В сентябре в Дарбенай на месте бывшей синагоги был установлен памятный знак, подаренный благотворительным фондом им. Я. Бунки. Кроме того, по инициативе местной учительницы Эдиты Глёжярене были открыты «Камни преткновения», увековечивающие память жертв Холокоста. В годы Второй мировой войны вся еврейская община города была уничтожена, спаслись лишь два человека.

Президент Литовской Республики Гитанас Науседа вместе с супругой Дианой принял участие в церемонии открытия памятника японскому дипломату Чиюне Сугихаре.

«Я рад отметить, что сегодня японский дипломат Чиюне Сугихара возвращается в Каунас – и в Литву. Сегодня мы открываем памятник человеку, чья гуманность и смелость давно стали нашим нравственным ориентиром. Сугихара возвращается туда, где 80 лет назад он выдавал «визы жизни» еврейским беженцам, искавшим в Литве безопасного убежища от ужасов войны», – сказал глава страны.

По словам президента, большое количество спасенных людей всегда помнили об этом удивительном человеке из далекой Японии. Несмотря на то, что свобода Литвы была растоптана оккупантами, ее дух продолжал жить в поступках Сугихары и других Праведников народов мира. Рискуя своей жизнью ради спасения других, они вместе спасали мир от физического и морального самоуничтожения.

Во время визита в Японию в 2019 году Гитанас Науседа посетил мемориальный музей Чиюне Сугихары, открытый на родине дипломата, в префектуре Гифу. По словам президента, память о Сугихаре и его моральное наследие для нынешних поколений было и остается прочным мостом, эта личность является прекрасным символом общности наших государств, что значительно способствует развитию литовско-японских отношений.

В 1939–1940 гг. Чиюне Сугихара, работая в должности вице-консула в Консульстве Японии в Каунасе, выдал японские транзитные визы евреям-беженцам из Польши. Несмотря на то, что выдача виз противоречила проводимой тогда политике правительства Японии, действия дипломата помогли спасти более шести тысяч жизней. За этот гуманный поступок израильский центр Яд Вашем присвоил Чиюне Сугихаре звание Праведника народов мира.

Открытием памятника завершился цикл проходивших в Каунасе мероприятий в рамках Недели Сугихары. По случаю 80-й годовщины начала деятельности японского дипломата 2020 год был объявлен в Литве Годом Чиюне Сугихары.

Перед вами элегия Хаима Граде, посвященная памяти уничтоженных при Сталине советских еврейских писателей (приводится в сокращении, с транскрипцией слов ивритского происхождения).

Я ОПЛАКИВАЮ ВАС ВСЕМИ БУКВАМИ АЛФАВИТА

Я оплакиваю вас всеми буквами алфавита [Алэфбэйс],
Которыми вы пользовались, когда пели бодрые песни.
Я знаю о вашей внушенной надежде – и знаю
О ваших сердцах, измятых, как старый молитвенник [сИдэр].
Я у вас дома ночевал в пору своих скитаний [навэнАд],
И во время сна в вашем доме я слышал шорох
Оживших теней времен крестовых гонений на евреев [гзЭйрэс-шмАд] –
Я это помню, так же как и ваши великодушие [хЭсэд] и гостеприимство [hахнОсэс-Орхим];
Как помню я и русского, который преподнес мне хлеб на пороге,
Как помню я его родину (Россию), истекавшую собственной кровью,
С широтой ее степей, с узостью тюремной камеры [тфИсэ-цЕл],
С песнями на Волге и согбенностью пред кнутами.
Поэтому я всегда искал вам оправдание [зхус],
Не только из-за [мАхмэс] вашей смерти я воздаю вам должное (досл.: нашел вам оправдания /зхУсим/);
Еще при вашей жизни в просторной [рАхвэсдикн] стране <под названием> Русь
Я знал, что в глубине души (досл.: сердца) вы – невольники [анУсим].
Я видел, как вы беззвучно ужасались и изумлялись,
Еврейские поэты Минска, Москвы и Киева,
Когда спасенные (ваши коллеги), которых судьба [гойрл] пощадила,
Вам предрекали муки (досл.: злые несчастья) Иова [Иев].
Я видел, как вы дрожали в гневе и скорби,
Когда ваша вера: “Я верю всей душой ) [Ани мАмин бээмУнэ шлЭймэ] (досл.: полной верой)
в дружбу народов!” лежала мертвая в Бабьем Яру
Вместе с убитыми киевлянами в ямах безвестных (досл.: тайных, скрытых; стихотворение Х.Граде писалось до того, как трагедия Бабьего Яра стала достоянием широкой общественности).

Ночью Давид [дОвид] Бергельсон подошел ко мне: “Вы спите?
Мне не спится. Полная кровать гвоздей, Хаим.
Мы надеялись на нового просвещенного человека,
И вот дожил я на старости лет до нового человека!”
Я еще вижу, как свисает свинцово-тяжело его губа,
Я еще вижу его карие глаза умного тигра,
И как он закусывает кривыми зубами узел своих мыслей
(о том), что никто не (может быть) умнее своего собственного характера.

Сражался Арон [арн] Кушниров в гражданской войне,
Сражался также коммунист внутри него с его же разочарованием <в коммунизме>.
Вильнюсская синагога, разрушенная [хОрэвэ] после Великой Победы,
Отрезвила (досл.: пробудила от опьянения) его, седого капитана.
Его сын пал в бою. Он (А.Кушниров) передо мною плакал:
“Мой сын был твоим ровесником. Пусть для тебя не будет неожиданностью /хИдэш/,
Что я обращаюсь к тебе на “ты”, браток. Не это я подразумеваю!
Поучи же вместе со мной Хумаш [хУмэш] и растолкуй мне его на идише” (видимо, Кушниров просит Граде объяснить, как Бог допустил такую трагедию, произошедшую с говорившими на идише евреями).

Играл Давид Гофштейн на еврейской скрипке.
Также и Давид Бергельсон. Играли они часто оба.
Оба Давида ввергли меня в траур,
Потому что не скрипичные звуки провожали их на заклание. [акЕйдэ].
Наблюдал Гофштейн, как строился Тель-Авив (в 1920-х годах он бывал в Эрец-Исраэль),
Его домой, к русским полям, обратно тянуло.
А когда родной дом приговорил его к смерти как изменника ([бгИдэ] – “измена”),
Он при виде смерти рассмеялся двумя сумасшедшими глазами.

На пружинах сидел я на старом стуле,
И, на свою палку опершись, стоял Добрушин
С седыми волосами взъерошенными, в холодной комнате, полной
Паутины, пыли от книг и потрепанного плюша,
Стоял посреди комнаты, как он встал бы
Пророчески [нэвИиш] между обеими горами: Эйвалем [hар-Эйвл] и Гризим:
“Мир – проклят. Сплошной Гитлер.
Благословенна наша Страна Советов! Мы строим социализм” (обратите внимание на рифму: “[ГрИзим] – социализм [соцьялИзэм]”).

Дер Нистер только нас предупреждал: “Детки, убегайте!”
Только он один, старенький, едва добежал до смерти (арестованный в 1948 г., писатель Дер Нистер (настоящее имя – Пинхас Каганович) вскоре скончался в тюремной больнице; Х.Граде имеет в виду, что Дер Нистер умер формально своей смертью, не дожив до расстрела).
Лейб Квитко весь вечер пил со мной шнапс –
Это была последняя ночь, которую я должен был провести в Москве.
Пах он деревней, молоком, хлебом и степью:
“Не оговаривайте Россию!” – и расцеловался со мной навеселе.
“Не оговаривайте Россию!” – бежал он за мной по ступенькам.
Убитый поэт! Что бы ты кричал мне вслед теперь?

Жертвы моего еврейского языка, мир вашему праху!
Отцу Народов… изрытому оспой убийце [роцЕех],
На десятках языков воспетому хвалой,
Злодею, оставшемуся от потопа в дни Ноаха [ямэй нОех] –
Ему вы должны были петь вашу еврейскую песню?
Был я в этом аду [геhЭйнэм] и знаю причину [сИбэ]!
Обрадовало вас то, что петь в общем хоре получил право и еврей,
И потому еще, что из неуютного страха [пАхэд] может родиться любовь.
Вы слышали: на Западе /мАйрэв/ бушует ненависть к евреям,
И у вас был лишь один выход: умереть или петь.
Вы пели: “Будет и на нашей улице праздник [йОнтэв]!”
А по ночам дрожали – как бы в дверь не позвонили (чтобы вас забрать).
Я не сужу [мИшпэт] вашего соседа [шохн], измученного славянина.
Но те, кто велели мне замалчивать ваши муки,
Когда я попал в (свободный) мир, – красный сброд [эйрэврАв] (Граде имеет в виду евреев, оставшихся верных коммунизму) –
Отпадет с нашего дерева, как прогнившие ветви.
Как грустно мне, что тени признают мою правоту
Своей блуждающей, немой и стыдливой улыбкой.
От ваших мечтаний [хОлэмэн] и лихорадок, длившихся ночи напролет,
Осталась красота разрушенного Храма [hэйхл].

Вашей поэзией вы были подобны реке,
Которая отражает действительность наоборот (зеркально).
Осталось молодое поколение [дор], которое не интересуется ни вами,
Ни мною, ни нашей вековой [дОйрэсдикн] скорбью.
За вашу плоть и жизнь, уничтоженную во тьме,
Получили ваши вдовы [алмОнэс] деньги, выкуп [дмэй-кОйфэр].
Но ваш язык [лошн], который палачи [тальЁним] заставили умолкнуть,
Все так же нем в стране, где поэты поют не переставая.
Мне достался ваш язык! Как остается одежда
От утопленника, оставшегося лежать в реке.
О, мне досталась не сбереженная вами радость,
А одна лишь горечь вашего еврейского напева [нигн].

По материалам https://languages-study.com/ и lrt.lt

Хаим Граде – один из самых выдающихся поэтов, входивших в объединение «Jung Vilne» – «Юнг Вилнэ» – «Молодой Вильнюс». Пережив Холокост, он продолжил свою творческую деятельность во Франции и Соединенных Штатах Америки, однако никогда не забывал Вильнюс и Литву.

Хаим Граде родился в Вильно (Вильнюс) в 1910  г. в семье учителя древнееврейского языка Шлоймэ-Мордхе Граде. Семья была крайне бедной, поэтому с юных лет Граде вынужден был подрабатывать подмастерьем у местного кузнеца. Образование получил в светской еврейской школе, до 22-х лет учился в иешивах в Вильне, Бельске, Белостоке, Новогрудке.

В 1932 году опубликовал в газете «Вилнер тог» (Виленский день) первые стихи, получившие одобрение критики, после чего вошёл в литературную группу «Юнг Вилне», со временем став одним из её самых активных деятелей.

В 1936 году вышел дебютный сборник стихотворений Граде «Ё» (Да), а в 1939 году — поэма «Мусерникес» (привеженцы религиозно-этического движения Мусар), в которой автор под именем Хаима Вилнера описывает себя и свои метания между религиозно-нравственными принципами и светской повседневностью. В начале Второй мировой Х. Граде бежал в Россию, не сумев спасти от нацистов оставшихся в Вильно жену и мать.  В 1946 году Граде переехал в Польшу, где стал членом редакции литературного журнала «Jidisze Szriftn», а в 1947 году переехал в Париж, где стал главой группы писателей, писавших на идише, которая сыграла важную роль в судьбе находившихся во Франции беженцев и в преображении и оживлении культурной жизни французского еврейства тех лет. В 1948 году Граде переехал в США и до своей смерти в 1982 году жил в северном Бронксе (Нью-Йорк).

Стихи и поэмы Х. Граде о Катастрофе европейского еврейства составили своего рода реквием-обличение. В 1950 г. Граде издал сборник рассказов о своем детстве “Дэр мамэс шабосим” (“Мамины субботы”). Серию продолжили сборники “Дэр шулhойф” (“Синагогальный двор”, 1958), “Ди клойз ун ди гас” (“Молельня и улица”, 1974), “Дэр штумэр миньен” (“Безмолвный миньян”, 1976), романы “Ди агунэ” (“Соломенная вдова”, 1961), “Цемах Атлас”. В них оживают нравы, общественная и религиозная жизнь довоенного Вильно, уникальный бытовой уклад и духовная атмосфера йешивы “миснагдим” (литваков) того времени. Характеризуя своих героев, Граде использует естественные для них выражения и понятия ТАНАХа и Талмуда, придающие их речи особый колорит.
Для стиля Х. Граде типичны ясность и простота, идущие от традиций классической литературы на идише.

Как утверждает в своей статье «Мироощущение литовского еврея в прозе Хаима Граде» заведующая отделом государственного Еврейского музея им. Гаона Виленского Илона Мураускайте, творчество Х. Граде – широко и многообразно:

«В прозе особое внимание уделяется Вильно – религиозному, культурному и духовному центру европейского еврейства до Катастрофы. Можно утверждать, что творчество Граде, особенно проза, сегодня для нас словно музей культуры литовских евреев, несущий печать своеобразной эстетики».

По словам сотрудницы государственного Еврейского музея имени Гаона Виленского Илоны Мураускайте, Граде прошел весь путь ортодоксального иудейского образования, однако его личность формировалась по законам собственного внутреннего мироощущения.

«Казалось бы, парадокс, что автор, изучавший ортодоксальный иудаизм, пишет светскую литературу. Граде нередко называют последним идишистким светским автором, истоки личности которого связаны с ортодоксальным иудаизмом, – говорит И. Мураускайте. – Эти раздиравшие душу противоречия отразились в его послевоенном творчестве, стали центральной осью ряда новелл».

Twitter отныне, также, как и Facebook, будет выявлять и удалять сообщения, отрицающие Холокост, как пропагандирующие ненависть.

В политике Twitter прямо не говорится, что отрицание насильственных событий противоречит правилам, но пресс-секретарь Twitter подтвердил, что «попытки отрицать или приуменьшить насильственные события, включая Холокост, будут устранены на основе интерпретации политики, проводимой нашей компанией»

«Мы решительно осуждаем антисемитизм, и ненавистническому поведению абсолютно не место в нашей социальной сети», – цитирует Bloomberg заявление пресс-секретаря Twitter, – «Мы принимаем меры в отношении контента, который прославляет или восхваляет исторические акты насилия и геноцида, включая Холокост».

Ранее на этой неделе Facebook объявил, что отныне сообщения, отрицающие Холокост, будут подвергнуты блокировке.

Дорогие члены общины, друзья,

Приглашаем вас на представление книги Рут Рехес

„Holokaustą patyrusių asmenų tapatumo išgyvenimas“ –

«Выживание личности переживших Холокост»

19 октября, в понедельник, начало в 18.00

Белый зал кафе «Beigelių krautuvėlė» (ул. Пилимо, 4)

В презентации примут участие:
Автор книги доктор Рут Рехес
Литературовед Рима Касперёните
Доцент ВУ, историк Ауримас Швядас
Проф. Университета им. М. Рёмира Айсте Диржите
Издатель, председатель ассоциации „Slinktys“ Юозас Житкаускас

Модератор: философ Альгирдас Давидавичюс

Наличие защитной маски обязательно!

Просим сообщить о своем участии до 18 октября: info@lzb.lt

Сосна

Тут не услышишь кукованья звук

И в шапке снега дерева не встретишь,

Но под густою тенью сосен этих

Всё моё детство, что ожило вдруг.

«Жил-был…» – звенят иголки сосен. Той порой

Я родиной звала снегов равнины,

Зеленоватый лёд поверх стремнины,

Язык напевов той земли чужой.

Лишь птице перелётной, может быть,

Висящей между небом и землёю,

Двух родин боль дано так ощутить.

Была я дважды веткой молодою,

И с вами, сосны, вырастала я.

В двух разных почвах корни у меня.

                                                                1955

Перевод  Адольфа Гомана, 2000г.

Песня на музыку Вл.Лейкина в его исп.

http://www.youtube.com/watch?v=k9rZ-1zLsQ8

Еврейские организации во всем мире приветствовали решение американского интернет-концерна Facebook удалять из соцсети любой контент об отрицании Холокоста и искаженную информацию о геноциде евреев, передает dw.

«Учитывая глобальные возможности интернет-концерна по оказанию влияния и растущее число его пользователей, это уже давно назревшее решение», — заявил Международный освенцимский комитет (Internationales Auschwitz Komitee — IAK) в Берлине.

«Учитывая готовность к насилию антисемитов и пропагандистов ненависти во всем мире, это решение имеет большое символическое значение. Отрицатели Холокоста уже не смогут распространять свою ложь и ненависть через Facebook. Хорошо, что глава Facebook Марк Цукерберг, наконец, осознал значение своей власти и факт вербального и реального существования правоэкстремистской и антисемитской ненависти», — заявил исполнительный вице-президент Международного освенцимского комитета Кристоф Хойбнер.

В Варшаве выживший в нацистском концлагере Освенцим Мариан Турский, также являющийся вице-президентом комитета, сообщил, что недавно он направил Цукербергу открытое письмо, в котором настоятельно просил главу Facebook позаботиться о том, чтобы дело его жизни «не было обесценено грязью отрицателей Холокоста». Турский выразил благодарность Цукербергу за принятое решение.

Ранее заявление основателя Facebook приветствовал Всемирный еврейский конгресс (WJC), назвавший это решение историческим шагом, поскольку «отрицание, преуменьшение и непризнание исключительности убийства нацистами миллионов европейских евреев способствует распространению ненависти и теорий заговора о евреях и других меньшинствах».

Марк Цукерберг заявил, что впредь Facebook будет удалять любой контент об отрицании Холокоста, а с конца текущего года — переправлять пользователей, ищущих «термины, связанные с Холокостом и его отрицанием, на достоверную информацию».

Глава Facebook обосновал принятое решение ростом антисемитизма во всем мире и «вызывающим тревогу уровнем неосведомленности о Холокосте, особенно среди молодежи». При этом Цукербург сослался на проведенный в США опрос, четверть участников которого сочли Холокост мифом или преувеличением.

Марк Цукерберг также выразил уверенность в том, что Facebook удалось соблюсти правильный баланс между свободой слова и «ущербом, причиняемым отрицанием или искажением фактов о Холокосте».

В рамках  года Посольство Литовской Республики в Российской Федерации совместно с Литовским институтом культуры, Международным историко-просветительским, благотворительным и правозащитным обществом «Мемориал», Национальной библиотекой Литвы им. Мартинаса Мажвидаса, Центром научных работников и преподавателей иудаики в вузах «Сэфер» при поддержке Российского еврейского конгресса планируют провести  в Москве цикл  круглых столов, посвященных истории литвакской общины, ее самоопределению и многогранному наследию, сохранению  памяти, осмыслению  идентичности и судеб литовского и российского еврейства в сегодняшнем общественном и научном дискурсе. Проект разработан группой литовских и российских исследователей по инициативе Посольства Литовской Республики в РФ.

В ходе академических дискуссий с участием ведущих исследователей еврейской истории и исторической памяти из Литвы, России и других стран предполагается совместно продумать общее и различное в становлении, а также динамике идентичности евреев Литвы и России, начиная со второй половины XVIII века, когда литовское еврейство первым в Восточной Европе воспринимает идеи Хаскалы, и до наших дней, когда происходит трудное осмысление болевых точек памяти о трагедиях XX века.

В рамках проекта пройдут три тематических круглых стола:

– «Евреи Литвы и России. Становление идентичности. XVIII-XX век» (16 октября 2020 года)

– «Как мы говорим о Холокосте в Литве и в России» (намечен на конец ноября 2020 года)

– «Языки памяти» (намечен на конец января-начало февраля 2021 года)

Даты второго и третьего круглого столов будут уточнены позднее.

Эти встречи помогут познакомить российскую аудиторию с историей и культурным наследием литовского еврейства, с проблематикой литовско-еврейских отношений, а также будут способствовать диалогу между литовскими и российскими исследователями. Каждый из круглых столов соберет для дискуссии 6 участников – по трое исследователей с литовской и российской стороны.  Каждому круглому столу будет сопутствовать просмотр и обсуждение связанных с его проблематикой видеоматериалов: работы по анимации, запись спектакля, документальное и художественное кино.

Завершит цикл круглых столов концерт виолончелиста Александра Рамма, на котором прозвучат произведения еврейских, литовских и российских композиторов.

Авторы и  основные участники проекта:Наталия Арлаускайте (Институт политологии и международных отношений  Вильнюсского университета), Борис Беленкин (Москва, историко-просветительское общество «Мемориал»), Юргита Вербицкене (руководитель Центра изучения культуры и истории восточноевропейского еврейства при факультете истории Вильнюсского университета),  Лара Лемпертене (директор Центра иудаики при Департаменте исследований культурного наследия национальной библиотеки Литвы им. Мартинаса Мажвидаса), Светлана Панич  (Москва, независимый исследователь). Научный консультант проекта: проф.  Саулюс Сужиеделис (университет Миллерсвиля, США)

Более подробная информация о дате, месте и формате проведения круглых столов будет представлена на интернет-странице Посольства Литовской Республики, на странице Посольства в Facebook, а также на интернет порталах «Мемориала» и Российского еврейского конгресса.

«Я хочу поблагодарить правительство Литовской Республики за то, что этот год назван годом Виленского Гаона и годом истории евреев Литвы, — говорит Юрий Каннер. — Как известно, евреев-выходцев из Литвы и ортодоксальных евреев называют литваками. Не многие из народов, рядом с которыми евреи жили в течение двух тысяч лет изгнания, отражены в еврейской истории. Жизнь евреев в изгнании была непростой, непростые страницы были и в совместной истории еврейского и литовского народов. Заслуживает признания тот факт, что Литва готова обсуждать и рефлексировать это и жить в дружбе с еврейским народом, понимая и ценя вклад, который евреи внесли в мировую культуру».

Ранее Российский еврейский конгресс совместно с посольством Литвы в РФ провел мемориальный вечер по проекту «Праведники народов мира». Также при участии РЕК в посольстве Литвы в Москве прошел вечер, посвященный 75-летию ликвидации Вильнюсского гетто.

Информация посольства Литвы в РФ и газеты “Обзор”